Меню

Банкротство гарантирующего поставщика водоснабжения

Гарантирующий поставщик неплатежеспособен. Будут ли к нему применяться особые процедуры банкротства

В номере журнала «Арбитражная практика для юристов» (№3 март 2016г.) опубликована статья руководителя административной, антимонопольной и корпоративной практики ООО «Национальная юридическая компания «Митра» Сослана Каирова.

Гарантирующий поставщик неплатежеспособен. Будут ли к нему применяться особые процедуры банкротства

  • Когда гарантирующий поставщик приравнивается к субъекту естественной монополии
  • Как публичные интересы повлияют на удовлетворение требований кредиторов гарантирующего поставщика
  • Кто получает статус гарантирующего поставщика при его банкротстве

Российский рынок электроэнергети­ки переживает не лучшие времена. Растут долги на розничном рынке электроэнергии, увеличивается просрочка платежей перед оптовыми поставщиками электроэнергии и территориальными сете­выми организациями со стороны гарантиру­ющих поставщиков. Такая ситуация неиз­бежно влечет рост числа исков со стороны кредиторов с требованиями о признании банкротом в отношении гарантирующих поставщиков. При этом встречаются случаи, когда суды применяют к таким поставщи­кам нормы § 6 гл. IX Федерального на от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее —№ 127-ФЗ) о банкротстве субъектов естественных монополий. Между тем гарантирующие поставщики де-факто не осуществляют свою деятельность в условиях естественной монополии. В этой связи встает закономерный вопрос об обоснованности применения к гарантирующим поставщикам электроэнергии особых условий процедуры банкротства, предусмотренных для субъектов естественных монополий.

При банкротстве субъектов естественных монополий применяются критерии неплатежеспособности и неоплатности

Как указывал А. Трайнин, «в учении о несо­стоятельности один вопрос имеет особое зна­чение — вопрос об обосновании несостоя­тельности, или вопрос о тех условиях, при которых должника следует признавать несо­стоятельным».

Нормативно закрепленное определе­ние понятия несостоятельности (банкрот­ства) характеризуется как признанная арбитражным судом неспособность долж­ника в полном объеме удовлетворить тре­бования кредиторов по денежным обязатель­ствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или рабо­тавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязатель­ных платежей (ст. 2 Закона № 127 ФЗ).

Вместе с тем, оценивая несостоятель­ность должника, необходимо различать понятия (критерии, принципы) неплатеже­способности и неоплатности. Об этом свиде­тельствует мнение подавляющего большин­ства авторов научных работ.

Г. Ф. Шершеневич указывал, что для на­личности несостоятельности необходимы или признанная недостаточность имущества, то есть превышение пассива над активом, или неспособность должника к платежу, то есть к точному удовлетворению предъявлен ных требований.

По мнению В. В. Витрянского, альтерна­тивой критерию неплатежеспособности явл­ется критерий неоплатности, когда должник может быть признан банкротом только в том случае, если общая сумма его -кредиторской задолженности превысит стоимость его иму­щества.

В первом случае вывод о несостоятельно­сти должника строится на предположении, что должник, не рассчитывающийся с кре­диторами, не имеет в достаточном объеме ликвидного имущества.

Во втором случае основанием для при­знания должника банкротом является опре­деленное фактическое состояние его имуще­ства, стоимость которого составляет сумму меньшую, нежели величина кредиторской задолженности.

При этом стоит уточнить: неплатежеспо­собность есть реальная неспособность удов­летворить созревшие требования, а неоплат­ность есть потенциальная невозможность удовлетворить все денежные требования по мотиву того, что их общий объем превы­шает стоимость принадлежащего должнику имущества.

Рассмотрим критерии, которые применяются при банкротстве субъекта естественной монополии.

Ранее действовавший Федеральный закон от 24.06.1999 № 122-ФЗ «Об осо­бенностях несостоятельности (банкротства) субъектов естественных монополий топлив­но-энергетического комплекса» (далее — Закон № 122 ФЗ) к числу необходимых признаков банкротства такого должника относил превышение суммы кредиторской задолженности над балансовой стоимостью его имущества, включая права требования.

После принятия данного закона В. В. Витрянский писал, что «в отношении этой категории должников восстановлено действие принципа «неоплатности”, когда в основе несостоятельности лежит превышение кре­диторской задолженности над имуществом должника» 5 .

Сегодня под субъектом естественной монополии для целей Закона № 127 ФЗ понимается организация, осуществляющая производство и (или) реализацию товаров (работ, услуг) в условиях естественной монополии.

Субъект естественной монополии счи­тается неспособным удовлетворить требо­вания кредиторов по денежным обязатель­ствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или рабо­тавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязатель­ных платежей, если соответствующие обяза­тельства и (или) обязанность не исполнены им в течение 6 месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Электроэнергетика является базовой отраслью экономики Российской Федерации. Надежное и эффективное функционирование электро­энергетики, бесперебойное снабжение потребите­лей — основа поступательного развития экономи­ки страны и неотъемлемый фактор обеспечения цивилизованных условий жизни всех ее граждан. Возникшие еще в 1980-х годах и усугубившие­ся в 1990-е годы проблемы отрасли требовали скорейшего разрешения. В условиях снижения инвестиций в электроэнергетику и повышения энергоемкости экономики в целом, а также растущей неэффективности отдельных секторов отрасли дальнейшее промедление было подобно смерти, что привело к ее реформированию.

В ходе реформы изменилась структура отрасли: произошло разделение естественно-монополь­ных (передача электроэнергии, оперативно-диспетчерское управление) и потенциально конку­рентных (производство и сбыт электроэнергии, ремонт и сервис) функций.

Вместо прежних вертикально-интегрирован­ных компаний, выполнявших все эти функции, появились специальные субъекты — юридиче­ские лица с определенным правовым статусом (сетевые организации, гарантирующие постав­щики и др.) (Основные положения структур­ной реформы в сферах естественных монопо­лий, утв. Указом Президента РФ от 28.04.1997 № 426).

При этом был введен законодательный запрет на совмещение юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям, а также аффи­лированным лицам в границах одной ценовой зоны оптового рынка деятельности по передаче электрической энергии и (или) оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и (или) купле- продаже электрической энергии.

Итоги реформы сразу определили «слабые звенья» в эффективности коммерческой деятельности вновь появившихся хозяйствующих субъектов: высокие сверхнормативные потере сетевых организаций, растущая задолженность покупателей розничного рынка электроэнергии (особенно предприятий ЖКХ), долги перепродавцов электроэнергии на оптовом рынке электроэнергии перед генерирующими компаниями В полку неплатежеспособных должников при бывает с каждым днем.

Читайте также:  Горизонтальная система отопления правила

Арбитражный суд возбуждает дело о банкротстве, если требования кредиторов к должнику — субъекту естественной моно­полии в совокупности составляют не менее 1 млн руб., подтверждены исполнительным документом и не удовлетворены в полном объеме путем обращения взыскания на имущество должника, указанное в п.п. 1—3 ч. ст. 94 Федерального закона от 02.10.2007 № 229 ФЗ,«Об исполнительном производ­стве» (п. 3 ст. 197 Закона № 127-ФЗ).

В этом случае при отсутствии у долж­ника — субъекта естественной монополии денежных средств, достаточных для удов­летворения требований, содержащихся в исполнительном документе, взыскание обращается на иное имущество, в следую щей очередности:

1) на движимое имущество, непосред­ственно не участвующее в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг в условиях естественной монополии;

2) на имущественные права, непосред­ственно не используемые в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг в условиях естественной монополии;

3) на недвижимое имущество, непосред­ственно не участвующее в производстве товаров, выполнении работ или оказании услуг в условиях естественной монополии.

Иными словами, инициировать проце­дуру банкротства субъекта естественной монополии возможно, если имеется под­твержденная исполнительным докумен­том задолженность в размере не менее 1 млн руб., которая не погашена в течение 6 месяцев с момента, когда обязательства по ее погашению должны были быть испол­нены должником. Кроме того, отсутствует иное имущество, не участвующее напрямую в естественно-монопольной деятельности должника, на которое может быть обращено взыскание в рамках исполнительного произ­водства.

По мнению М. В. Телюкиной, с момен­та введения в действие § 6 гл. IX Закона № 127-ФЗ по всем естественным монополиям применяется критерий неплатежеспособности. Критерий неоплатности не сохранен 8 .

Вместе с тем представляется, что дей­ствующее правовое регулирование все же сохранило принцип неоплатности в отно­шении естественных монополий. Условие о соотношении активов и кредиторской задолженности сохраняется, однако в рас­четах необходимо «вынести за скобки» имущество должника, непосредственно участвующее в естественно-монопольной деятельности (постановления ФАС Северо- Кавказского округа от 21.07.2014 по делу № А15-3513/2013, АС Северо-Кавказского округа от 09.07.2015 по делу № А63- 10859/2014).

На необходимость сравнивать сумму кре­диторской задолженности не со всем иму­ществом субъекта естественной монопо­лии, а с той его частью, которая не входит в состав единого производственно-техноло­гического комплекса, еще в 1999 году обра­щал внимание В. В. Витрянский.

Отметим, что законодательство о банк­ротстве Германии, Франции, Бельгии, Нидерландов, Великобритании, Италии и США (кроме железнодорожных компа ний) не предусматривает особых процедур банкротства в отношении субъектов есте­ственной монополии.

В этой связи включение законодателем иного критерия банкротства в отношении данной категории должников вряд ли было спонтанным.

Очевидно, принятием Закона № 122-ФЗ и последующим введением самостоятельного параграфа в Закон № 127-ФЗ преследова­лись конкретные цели, подробнее о которых рассмотрим ниже.

Сетевая организация не вправе отключить электроэнергию неплательщику, если при этом пострадают другие потребители

Законодатель, характеризуя естественную монополию, определяет состояние товарно­го рынка, с одной стороны, особенностями технологии, с другой — социально-экономи­ческой значимостью.

ЦИТАТА: «Естественная монополия — состояние товарного рынка, при котором удовлетворение спроса на этом рынке эффективнее в отсутствие конкуренции в силу технологических особенно­стей производства (в связи с существенным понижением издержек производства на единицу това­ра по мере увеличения объема производства), а товары, производимые субъектами естественной монополии, не могут быть заменены в потребле­нии другими товарами, в связи с чем спрос на данном товарном рынке на товары, производимые субъектами естественных монополий, в меньшей степени зависит от изменения цены на этот товар, чем спрос на другие виды товаров» (ст. 3 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях»).

Рассмотрим это на примере отношений энергоснабжения.

Федеральный закон от 17.08.1995 № 147 ФЗ «О естественных монополиях» определил конкретные сферы регулирова­ния деятельности соответствующих субъек­тов, среди которых указаны услуги по пере­даче электрической энергии, оказываемые сетевыми организациями, услуги по опера­тивно-диспетчерскому управлению в элек­троэнергетике, услуги по передаче тепловой энергии и др.

Использование объектов электросетевого хозяйства для оказания услуг по пере­даче электрической энергии потребителям и невозможность оказания соответствующих услуг без электрических сетей и есть неотъ­емлемый технологический аспект естествен­но-монопольной деятельности.

Социально-экономический аспект состо­яния товарного рынка в условиях есте­ственной монополии определяется поло­жением одного из субъектов рынка, которое признается доминирующим (п. 5 ст. 5 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции»).

Обеспечение бесперебойного энерго­снабжения, качества электроэнергии, обя­занность сетевой организации заключить договор оказания услуг с любым обратив­шимся к нему лицом (при наличии техниче­ской возможности), ответственность сетевой организация в случае незаконных отключе­ний электроэнергии являются проявлениями социального-экономического аспекта есте­ственно-монопольной деятельности.

На первый взгляд обязательность учета технологического аспекта, который присущ естественно-монопольной деятельности для целей применения специальных поло­жений Закона № 127-ФЗ вытекает из бук­вального толкования соответствующих правовых норм.

Однако имеет ли это столь важное значение для конкурсных кредиторов, есть л необходимость обеспечения прав кредиторов до той степени, что общие положения конкурсного права, регламентирующие статус: обычных участников экономических отно­шений, не должны применяться к монопо­листам.

Читайте также:  Система отопления частного дома своими руками с двумя котлами

По мнению ученых, установление на законодательном уровне специальных правил, регулирующих особенности банкротства субъектов естественных монополий, диктуется их особым положением среди участников имущественного оборота: субъекты естественных монополий действуют в тех сферах товарного рынка, где отсутствует конкуренция товаропроизводителей, и в этом смысле они являются незаменимыми. Применение к ним «общей мерки» банкротства наравне с другими участниками имущественного оборота, в том числе и в части критериев и признаков несостоятельности, может привести к катастрофическим последствиям в целом для российской экономики.

В. Н. Ткачев подчеркивает, что субъект естественной монополии имеет множество клиентов, заинтересованных в произво­димых им товарах, работах, оказываемых услугах. Контрагенты естественного моно­полиста экономически очень от него зави­сят, так как не имеют возможности без несоразмерных расходов получить соотве­ствующие товары (работы, услуги) у других субъектов.

Основополагающим здесь является принцип приоритета публичных интересов над частными.

Данный принцип нашел свое яркое отра­жение в многочисленной судебной практике по делам о введении ограничения режима потребления электроэнергии в отношении неплательщиков, когда одновременно пре­кращалась подача электроэнергии потреби­телям, добросовестно исполняющим свои обязательства по оплате.

Суды исходят из функциональной и тех­нологической связанности процессов выра­ботки, передачи, сбыта и потребления электроэнергии, высокой степени монополи­зации рынка электроэнергии в РФ. В таких условиях в случае отсутствия у участни­ков спорных отношений реальных воз­можностей индивидуального ограничения режима потребления неплательщиков реа­лизация сбытовыми и сетевыми организа­циями предоставленного им ст. 328 ГК РФ права на прекращение (ограничение) подачи электроэнергии неплательщику не долж­на приводить к ущемлению прав и закон­ных интересов иных лиц и влечь социально опасные последствия (постановления ФАС Уральского округа от 02.11.2010 по делу № А60-9416/2010-С9, Поволжского окру­га от 25.12.2012 по делу.№ А57-4031/2012, Восточно-Сибирского округа от 05.03.2013 по делу № АЗЗ-9544/2012).

В противном случае применение указан­ного способа защиты имущественных инт­ресов может привести к причинению вреда, несоизмеримого с потерями сбытовой организации в рамках обязательственных отно­шений с конкретным неплательщиком.

При банкротстве таких организаций, публичные интересы по аналогии должны иметь приоритет над интересами конкурс­ных кредиторов, без исключения.

Гарантия бесперебойного энергоснабже­ния является если не первоочередным, то необходимым условием при банкротстве соответствующего должника. Это, в частно­сти, также вытекает из нормативно закре­пленных особых условий продажи имуще­ства должника-монополиста.

Таким образом, обеспечение социально экономического аспекта деятельности субъ­екта естественной монополии в условиях его несостоятельности является основным моти­вом законодателя для применения особых процедур банкротства в отношении такого должника.

Гарантирующий поставщик фактически обладает признаками субъекта естественной монополии

Федеральный закон от 26.03.2003 № 35 ФЗ «Об электроэнергетике» закре­пляет легальное толкование понятия «гарантирующий поставщик электриче­ской энергии». Таким поставщиком считается коммерческая организация, обязанная в соответствии с законом или доброволь­но принятыми обязательствами заклю­чить договор купли-продажи электриче­ской энергии с любым обратившимся к ней потребителем электрической энергии либо с лицом, действующим от имени и в инте­ресах потребителя и желающим приобрести электрическую энергию.

Доминирующее положение гарантиру­ющего поставщика на рынке энергосбыто­вой деятельности и доминирующее поло­жение сетевой организации на рынке услуг по передаче электрической энергии в силу особенностей ценообразования, тарифного регулирования, неразрывности процесса энергоснабжения (технологического присо­единения, передачи электроэнергии по сетям и ее реализации) тождественны с точки зре­ния необходимости обеспечения прав потре­бителей.

К примеру, гарантирующему поставщику запрещено ограничивать режим потребления электроэнергии в отношении неплательщика (односторонний отказ от исполнения догово­ра), если в результате может быть прекра­щена подача электроэнергии потребителям, добросовестно исполняющим обязанности по оплате электроэнергии.

Так, в одном из дел суд указал, что, будучи профессиональным участником розничного рынка электроэнергии, таран тирующий поставщик должен знать о том, что управляющая компания приобретает электроэнергию для жителей многоквар­тирных домов, и предвидеть безусловное наступление неблагоприятных последствий для добросовестных потребителей электро­энергии при введении ограничения потре­бления в отношении всего многоквартирно­го дома.

Поставщик не вправе формально исполь­зовать предоставленное ему право на огра­ничение режима потребления электро­энергии со ссылкой на отсутствие у него информации о наличии добросовестных 114 потребителей, принимая во внимание, что добросовестные потребители не имеют иной возможности получить электроэнергию (постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 04.10.2013 по делу № А32- 47764/2011).

Как правило, в случае нарушений субъ­ектом ответственности является как ини­циатор ограничения (гарантирующий поставщик), так и исполнитель (сетевая организация) (постановление ФАС Северо- Кавказского округа от 27.12.2011 по делу № А15-553/2011).

Деятельность по купле-продаже электрической энергии к естественно-монопольной законодатель не относит, между тем право потребителей электроэнергии гарантировано посредством публичного договора.

По умолчанию обязанность урегулировать отношения с сетевой организацией по вопросу транспортировки электроэнергии потребителю также возлагается на гарантирующего поставщика.

«Продавцов» регулярно привлекают к административной ответственности за поставку электроэнергии ненадлежащего качества или «веерные» отключения.

Следовательно, энергосбытовая деятельность гарантирующего поставщика лишена технологической составляющей, но имеет ярко выраженный социально-экономический аспект

Признание социально-экономической значимости услуг по передаче электро­энергии, оказываемых сетевыми организациями, и энергосбытовой деятельности, осуществляемой гарантирующим постав­щиком, фактически уравнивает этих субъ­ектов электроэнергетики при появления признаков неплатежеспособности в необходимости обеспечения прав конечных потребителей.

К энергоснабжающим организациям, которые одновременно транспортируют и продают электроэнергию, в силу наличия технологического и социально-экономического аспектов, требования к процедуре банкротства субъектов естественных монопо­лий применяются безапелляционно. Между тем в отношении гарантирующих поставщи­ков подходы арбитражных судов не столь однозначны.

Читайте также:  Инструкция для блока управления конвектора электролюкс

Так, Арбитражный суд Республики Тыва, ссылаясь на доминирующее положе­ние гарантирующего поставщика на рынке энергосбытовой деятельности, а также неразрывность технологического присоеди­нения, передачи и реализации электриче­ской энергии, пришел к выводу, что гаран­тирующий поставщик фактически обладает признаками субъекта естественной моно­полии. В связи с этим процедура наблюде­ния в отношении такого должника может быть введена лишь при наличии условий, предусмотренных ст. 197 Закона № 127 ФЗ (определения от 06.12.2013 по делу № А69- 2973/2013, от 17.10.2014 по делу № А69- 11946/2014).

Интересный вывод сделал Арбитражный суд Ставропольского края, указав, что гарантирующий поставщик не является представителем конкурентной среды, он не вправе выбирать клиентов и не впра­ве устанавливать цены на электроэнергию. Гарантирующий поставщик — де-факто монополист на розничном рынке электро­энергии (определение от 24.06.2015 по делу № А63-3911/2015, отменено судами выше­стоящих инстанций).

О необходимости исследования вопроса о том, что должник имеет статус гарантиру­ющего поставщика, указано в постановле­нии Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.12.2014 по делу № А18- 232/2014.

В другом деле суд, рассматривая вопрос о введении процедуры наблюдения в отно­шении компании поставщика, указал, что должник является субъектом естественной монополии в топливно-энергетическом ком­плексе, поскольку приказом Федеральной службы по тарифам от 09.02.2007 № 16-э он включен в Федеральный информаци­онный реестр гарантирующих поставщи ков. Кроме того, он является единственным гарантирующим поставщиком электроэнер­гии в Чеченской Республике и включен в реестр хозяйствующих субъектов, имею­щих долю на рынке свыше 35%, с указанием доли свыше 50% (постановление АС Северо- Кавказского округа от 29.01.2015 по делу № А77-1351/2009).

При банкротстве гарантирующего поставщика его статус получает территориальная сетевая организация

Отсутствие деятельности по купле-прода­же электрической энергии, осуществляемой гарантирующим поставщиком, не является безусловным основанием для неприменения особых процедур банкротства в отношении таких должников.

В противном случае формальный под­ход игнорирует состояние конкурентных отношений на товарном рынке, исключает необходимость исследования наличия аль­тернативы поставщику или соответствующе­му товару (работе, услуге), без существен­ного увеличения издержек, противоречит принципу приоритета публичных интересов над частными.

Так, в одном из дел суд пришел к выво­ду об отсутствии оснований для применения в деле о банкротстве компании положений § 6 гл. IX Закона № 127 ФЗ, регулирую­щего вопросы банкротства субъектов есте­ственных монополий. Суд учел наличие документов о присвоении компании ста­туса гарантирующего поставщика и осу­ществление ею деятельности по поставке электроэнергии. Указанная деятельность не отнесена к сфере деятельности субъектов естественных монополий (постановление АС Северо-Кавказского округа от 13.11.2015 по делу № А63-3911/2015).

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что доминирующее положение на рынке и наличие социально-экономиче­ского аспекта в осуществляемой должником деятельности являются необходимыми фак­торами для применения к нему особых про­цедур банкротства.

Несмотря на безусловное наличие данных факторов в деятельности гарантиру­ющих поставщиков, вопросы, насколько правильно применение особых процедур банкротства в этом случае, являются ли соответствующие необходимые условия достаточными, остаются открытыми.

Ответ на поставленный вопрос содержит­ся в Основных положениях функционирова­ния розничных рынков электрической энер­гии (утв. постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442).

Согласно п. 202 данного документа, если арбитражный суд признает гарантирующе­го поставщика банкротом и вводит в отно­шении него наблюдение, уполномоченный федеральный орган присваивает статус гарантирующего поставщика территориаль­ной сетевой организации и принимает реше­ние о проведении конкурса в отношении соответствующей зоны деятельности гаран­тирующего поставщика.

Объекты электросетевого хозяйства данной сетевой организации должны рас­полагаться на территории субъекта РФ, в границах которого располагается зона деятельности заменяемого гарантирующего поставщика. В целях осуществления функций гарантирующего поставщика сетевой организации присваивается статус субъекта оптового рынка.

Таким образом, если гарантии обеспече­ния социально экономического аспекта дея­тельности субъекта естественной монополии при появлении признаков неплатежеспособ­ности реализованы в отдельном параграфе Закона № 127-ФЗ, то в отношении гаранти­рующих поставщиков — в ином норматив­ном документе.

В случае утраты платежеспособности гарантирующим поставщиком соответствующий статус переходит к территориальной сетевой организации, которая будет осу­ществлять энергосбытовую деятельность до момента избрания нового гарантирую­щего поставщика. Тем самым с введением процедуры банкротства в отношении гаран­тирующего поставщика надежность энер­госнабжения потребителей гарантирова­на. В этих условиях применение критериев неоплатности в отношении таких должников при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредиторов, предусмотренных § 6 гл. 9 Закона № 127-ФЗ, не будет иметь под собой социально-экономического обо­снования.

Изложенное означает, что предоставле­ние законодателем гарантий прав контраген­тов гарантирующего поставщика, в случае несостоятельности последнего, исключает применение особых процедур банкротства

В заключение хотелось бы отметить, что такой подход не должен являться универ­сальным без исключения. Это обусловлено особенностями функционирования рознич­ного рынка электроэнергии в России: высо­кими потерями в электрических сетях, деби­торской задолженностью территориальных сетевых организаций как перед смежным* сетевыми организациями, так и перед гарантирующим поставщиком.

К примеру, вовсе неурегулированные является вопрос перехода статуса гарантирующего поставщика к территориальной сетевой организации, в отношении которой ранее уже была введена процедура банкротства. Каким образом в этой ситуации буде — обеспечен социально-экономический аспект энергосбытовой деятельности?

На наш взгляд, данный вопрос требует разрешения на законодательном уровне. При этом с точки зрения процессуальных гарантий представляется, что рассмотрение дела о банкротстве гарантирующего поставщика невозможно без привлечения к участию в качестве заинтересованного лица территориальной сетевой организации.

Adblock
detector